Газета выпускается Пресс-клубом РАМТа



Необходимость театральной прививки

Педагог-психолог Валентина Никифорова о ценности приобщения детей к театру

29.01. 2017

В связи с невероятным разнообразием современных развивающих программ стало не очень понятно, какое место родители и учителя уделяют в процессе воспитания театру. Да и нужен ли он подрастающему поколению вообще? Ответить на эти вопросы мы попытаемся в разговоре с педагогом-психологом Валентиной Александровной Никифоровой.

ТЕАТР КАК ПРИВЫЧКА ДУМАТЬ

– Сегодня многие родители не видят смысла в театральной прививке, считая, что хороший детский сад с иностранными языками и развивающими программами – более действенное средство воспитания. Правы ли они?

– Если мы говорим о воспитательном учреждении, то в первую очередь должны задавать вопрос о его качестве и о том, какую задачу это учреждение ставит. В большом городе труднее оценить уровень таких учреждений, поэтому объясню, опираясь на опыт работы в маленьком городе: у нас в Гагарине есть и детские сады, и центры развития, и развивающие площадки, но кто там работает? Потенциальные троечники – не по оценкам, а по отношению к жизни. 15 лет назад уровень воспитателей был гораздо выше. Сегодня это, как правило, люди, которые получили только среднее специальное образование, уровень свой не повышали или повышали формально.

Поэтому, в связи со снижением уровня образования в целом, театр как средство воспитания, безусловно, остается. Без него в наше время вообще нельзя! Ведь утрачены многие обучающие программы, методики. Раньше существовал перечень произведений, обязательных для чтения. Естественно, начинали с фольклора. Сначала читали, потом интерпретировали посредством любого из видов театра: настольного, пальчикового, драматического. Сейчас этого нет.

Если говорить о других жанрах – балете, детской опере, – то зачастую с этими видами не то что дети, но и родители не знакомы. И это незнание идет из поколения в поколение. Раньше все знали, что и с какого возраста можно смотреть, билеты продавались по возрастам, учитывались программы школы и сада. А сейчас на это никто даже не смотрит: приехал детский театр, например, с «Малышом и Карлсоном» и показал его во всех группах: для детей от годика до семи лет. Поэтому, если в городе есть театр и ведется планомерное воспитание на основе его спектаклей, то это формирует культуру. Причем не только ребенка, но и связи родителей с детьми.

Мне как специалисту очень приятно, что вновь стали наполняться залы, причем не только бабушки приводят внуков, но и мамы с папами. Театр – важнейшая веха, через него приходит понимание слова, социальная адаптация, развитие речи, знакомство с книгой, с жанрами театра. Для детей вообще очень важно не только видеть, но и обучаться танцам, речи, пантомиме, особенно сейчас, потому что всеобщая компьютеризация влечет за собой дефицит общения. Компьютер – хорошо, но как ребенок с ним работает, что он ищет в интернете? Замечательно, если ученик сначала прочитал того же «Малыша и Карлсона», а потом захотел посмотреть спектакль и нашел в сети видеозапись.

Я всех призываю: если уж вы живете в Москве – ходите в театр! Здесь же такое изобилие. Например, в театр им. Н.И.Сац, где представлены все жанры: и балет, и опера. И часто слышу в ответ: «Ну, нам еще рано».

– С какого возраста можно ходить в театр и как подготовить ребенка к восприятию спектакля?

– Можно и в 3 года привести, коль ребенок готов к этому. Как это понять? Если дети не умеют слушать чтение, то и к театру они не готовы. А если им вслух не читать, они и не научатся слушать. Но если они умеют на слух воспринимать текст и реагировать на него, то можно приводить.

Необязательно сразу в драматический театр. Есть, например, Театр кошек Куклачева. Возможно, на взгляд взрослого, их программа примитивна, но она преследует другие цели. Есть прекрасный театр «Волшебная лампа» с камерным помещением и – главное – с интерактивными представлениями. Туда часто приглашают авторов пьес, и дети, поучаствовав в спектакле, могут обсудить книгу, которую потом получают в подарок. То есть в этом театре не просто показывают постановку, но и работают с залом. И не только дети, но и родители активно включаются в эту работу.

Можно ребенка привести в театр и в 10-11 лет, но тогда, чтобы он заинтересовался, должно случиться потрясение.

Олег Табаков рассказывал, как во время учебы по каким-то причинам жил не в общежитии, а в семье своей однокурсницы. У них была традиция – каждую среду ходить в филармонию, и он тоже с ними ходил. Первый год он усиленно смотрел и слушал, хотя и засыпал. Потом втянулся и теперь благодаря этому прекрасно разбирается в музыке. Происходило, по сути, насильственное приобщение к искусству взрослого уже человека.

– Можно ли смотреть спектакли «на вырост»?

– А почему нет? Это зависит от того, как ребенок подготовлен, от уровня семьи, от круга чтения. Мы с внучкой много лет назад были в Пермском театре «Балет Евгения Панфилова» на спектакле «БлокАда», очень тяжелом, посвященном войне. И нас билетер не пропускал: «Не полагается, ваш ребенок не высидит». Не то что не поймет – не высидит. Я дала слово, что Лиза будет тихо сидеть и смотреть. Так билетер даже специально рядом села, чтобы, если что, сразу нас вывести. Естественно, мы высидели.

– То есть когда мы порой говорим: «Ребенок еще не дорос до этого спектакля», мы часто недооцениваем детей?

– Да. Возможно, ребенок уже готов. Но это, конечно, очень индивидуально. Важна привычка, как ни крути. Чем раньше и чем чаще он начинает ходить в театр, тем скорее она сформируется. Над какими-то вещами ребенок должен думать, а это тяжело привить. Да, ему нужно созреть для восприятия определенных вещей. Малыш может что-то сразу не понять, но ведь и в 16 лет можно не понять, если не иметь такой привычки.

– Обязательно ли перед просмотром читать книгу, по которой сделан спектакль?

– Обязательно! К театру вообще нужно готовиться. Кроме того, чтение перед спектаклем развивает память. А еще ребенок испытывает эмоциональный подъем от узнавания знакомых вещей. Это ведь и у нас, взрослых, так же: слыша прочитанный ранее текст, мы чувствуем радостное удивление от того, что попали в мир, где нам что-то знакомо.

Здорово же, когда ребенок узнает персонажей, текст, музыку. Для детей важно понимание, что он это знает, и сравнение: «А в книжке было не так!» А как? Необходимо понимать, что может быть и не так, а по-другому.

Если ребенок сначала прочитал книгу, потом посмотрел драматическую интерпретацию, затем – музыкальный вариант, а следом – балет, это невероятно обогащает сознание, расширяет внутренний мир, позволяет видеть образность.

ДЕТИ – ОСОБЫЕ ЗРИТЕЛИ

– Дети могут сосредотачиваться на слове как таковом, или для них первичен внешний фактор: пение, танцы, декорации?

– Говорят же, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Конечно, для детей первична картинка. Им нравится, когда на сцене все двигается, шуршит, лязгает. Но в настоящем театре обязательно должен быть хотя бы один момент, который ребенка эмоционально затронет. У детей же неустойчивое внимание: если все будет одинаково красочно, то наступает привыкание, и это отвлечет от спектакля. Раньше учителя знали и применяли до 20 способов организации внимания на уроке, ведь оно постоянно ослабевает у ребенка. В театре так же. Поэтому через определенные промежутки времени нужно что-то новое подключать.

До сих пор помню спектакль «Преступление и наказание» в Пермском театре юного зрителя: через зал был проложен помост, и Раскольников внезапно с криком пробегал по нему, держа в руках топор. Зал ревел, потому что это было страшно. И внимание включалось.

– Что дает прием интерактивного действия, контакта со зрителями? Например, в рамтовском спектакле «Волшебное кольцо» маленьким зрителям раздают пирожки прямо во время представления.

– В-первую очередь, это привлекает внимание. Когда у ребенка начинается процесс познания, он на первых порах протекает не осознанно: на уровне ощущений. И познание идет глазами, ушами, кожей, на вкус. Вот поэтому детям так важны все эти «чудесные мешочки», «секретики». А потом уже на основе этого начинается логическое познание. И если пропустить эту ступеньку, дальше будут проблемы. Поэтому нельзя, например, запрещать детям играть с песком, пусть даже ребенок и испачкается. Дети очень любят, когда им что-то дают в руки.

– Часто подростки в театре ведут себя шумно. Громкий разговор – естественная реакция или невоспитанность? Как на это реагировать родителям и учителям?

– Такое поведение характерно для ребенка 12-14 лет. Это чаще всего неподготовленность или невоспитанность. Последняя проявляется и в том, как дети себя ведут, например, за общим столом.

На театр нужно настроиться. А ведь сплошь и рядом бывает, что учителя ведут школьников толпой, только чтобы вывести их куда-то, для галочки. Дети – особые зрители. Это взрослый может себя сам настроить, а ребенку нужно помогать готовиться к посещению театра. Вспомните стихотворение Агнии Барто, где девочки в театре номерки потеряли. Для них это было важнее спектакля. У ребенка всегда есть какие-то важные только для него моменты. Вот поэтому и нужно готовить его, переключать его внимание, вовлекать в процесс восприятия.

ДЕТСКИЙ ТЕАТР ГЛАЗАМИ ВЗРОСЛОГО

– Что должен учитывать режиссер при постановке детского спектакля?

– Конечно, у режиссера, ставящего для детей, должен быть консультант. Нужно знать психологию ребенка. Не считать, что дети такие современные и свободные, все знающие, они сами все поймут, – необходимо знать основы психологии, которые были определены специалистами. Чтобы на сцене не просто все сверкало и отвлекало внимание от содержания. Хотя сейчас и много техники, не всегда она используется правильно.

– Нужно ли осовременивать постановку? Способны ли сегодняшние дети понять оригинальный вариант книги?

– Конечно, способны. Мы же читаем произведения, например, шекспировских времен и при этом понимаем их, хотя это и XVI век. Классика не устаревает и понятна детям. Главное, чтобы актеры могли ее донести.

Но ее можно и осовременить. А самый лучший вариант – посмотреть сначала традиционную постановку, а потом с нововведениями. Вообще, для детей все будет новым. Это мы, взрослые, учитывая наш зрительский опыт, можем сравнить, сопоставить актеров, постановки, фильмы. А дети не знают этого.

– Некоторые рамтовские спектакли в репертуаре уже много лет («Незнайка-путешественник», «Приключения Тома Сойера» и др.). Есть какие-то «внешние» причины успеха? Может, это напрямую связано с литературным материалом?

– Я думаю, что да. Еще не ушло поколение взрослых, которое знает этот материал. Возможно, лет через пять эти спектакли сойдут со сцены. Сейчас существуют новые школьные программы, в которых этих произведений уже нет. Я не против Джоэля Харриса или Астрид Линдгрен с Туве Янссон. Но когда от включения этой литературы в программу страдает наше наследие или тот же веками проверенный Марк Твен. Том Сойер – персонаж, понятный для детей. И пока еще остается поколение родителей и бабушек, которое бы хотело, чтобы этот материал продолжал изучаться.

– Стоит ли режиссерам сокращать время действия? Или детей необходимо приучать к длительным постановкам?

– Конечно, у детей сейчас клиповое мышление, это правда. Но мы же сами в них это и формируем. Говорим: «Ребенок устал». Да отчего он устал-то?! А оттого, что не привык работать. Поэтому не надо ничего специально сокращать, детей нужно готовить к восприятию и спектакля, и текста, и вообще любого дела, где требуется длительное сосредоточение.

Не хотела говорить: «Вот в советские времена…», – но все-таки скажу. Раньше учителя и воспитатели очень хорошо знали, что дошкольникам необходимы сюжетно-ролевые игры. Если дети не проиграют в продавцов, докторов и т.п., не смоделируют все жизненные ситуации, то впоследствии у них возникнут социальные проблемы. Для этого использовались специальные методики.

Считается, что начальная школа – самый лучший период у ребенка для восприятия спектакля и для театральных практик. У моего внука в гимназии постоянно устраиваются праздники, для них составляется перечень художественных книг, каждую из которых разные классы должны поставить и разыграть на сцене. Кто костюмер, кто гример, кто артист: весь большой коллектив должен быть задействован. Но это – в питерской гимназии. Возьмем обычную школу – где у нас это все? Где у нас даже не то что кружок, а просто знакомство с театром хотя бы раз в полгода?

Если же у детей все это есть, то они подготовятся к следующему этапу. Подростковый возраст – время, кто появляются чувства. И театрализация помогает выразить подросткам все свои внутренние эмоции. Они не пойдут с крыши прыгать, они будут искать ответы в стихах, попробуют сочинять сами. В начальной школе дети воспринимают танец и музыку, а в пубертатном возрасте у ребенка больше внутренних возможностей и для восприятия, и для самовыражения.

– Что значит «спектакль для семейного просмотра»? Зачем родителям нужно смотреть спектакли вместе с детьми?

– Затем, что есть переживание, а есть сопереживание. Представьте: вы приехали домой издалека, а вас встречают с гостинцами, сажают за стол – поговорить, спросить о здоровье, о делах. Это же эмоционально очень трогает! Это – сопереживание.

На спектакле ребенок переживает, даже если не очень внимательно смотрит. И он к этому переживанию возвращается не раз. А вторичные чувства у детей гораздо сильнее, чем первичные. Потому что во время просмотра иногда не бывает времени осознать происходящее. При вторичных же переживаниях возникают воспоминания, мурашки, слезы. И толчком к ним может стать обсуждение, приведение доводов. Ребенок с родителями даже может пофантазировать, что было бы, если бы…

Театр – это поэтапный праздник. Во-первых, купили билет. Во-вторых, ждете дня спектакля. В-третьих, выбираете, в чем пойти. В-четвертых, заражаетесь общей суматохой: прически, платья, ленты, кружева. Вспомните, как Наташа Ростова собиралась на бал. Наконец, вы приходите в театр, традиционно идете в буфет – это же событие! Потом возвращаетесь домой уставшие.

А затем все эти впечатления надо проговорить. Кто-то может нарисовать или слепить что-то – у всех по-разному. Но когда родители говорят о своем ребенке: «Он в театр не хочет, это ему чуждо», – это просто от незнания.

ТЕАТР – ВАЖНЫЙ ОПЫТ

– Многие, вспоминая о первом театральном опыте, признаются, что это было ужасно: скучнейшие спектакли, плохая игра, непонятные темы. Расскажите о своем детском впечатлении.

– Первый спектакль, который я увидела, был кукольный. К нам в город приехал театр и привез «Приключения Чиполлино». И потрясением для меня, как ни странно, стал худющий Вишенка. Я переживала, какой он бедный, несчастный, никто ему стакан воды не подаст. Это ведь и есть самое главное в театре – сопереживание.

И очень запомнилась взрослая постановка «Без вины виноватые». Я была маленькая, но для меня было важно все, что происходит на сцене. Я верила Кручининой, мне было так жалко эту бедную мать. Так что мой театральный опыт был совсем не ужасный.

– Детский театр – этап на пути к театру взрослому, или его можно пропустить? Критичен ли этот пробел?

– Сейчас есть телевизор и интернет. Детей часто привлекает, что там идет. Но бывают случаи, когда ребенок начисто этот пласт пропускает. Так бывает и с театром. И если по работе или каким-то обстоятельствам театр впоследствии не возникнет в жизни этого человека, – то он, повзрослев, даже не сможет понять, чего был лишен.

Есть дети, которые живут на глухих полустаночках, а вот увидели театр – и для них это потрясение и любовь на всю жизнь. А бывает наоборот: в Москве живут, но не готовы и не приучены к театру, он им не интересен. Такой ребенок будет фильм смотреть и жевать попкорн. Во все времена так было: одни хотят только зрелищ, другие – только хлеба.

Театр – великое дело, даже самый простой, народный. Это не мной выдумано – психологи  установили, что через театр идет социальная адаптация, обогащение внутреннего мира. Сейчас театр почти не применяется в официальном процессе образования, потому и нарушилась система воспитания. Но невозможно переоценить, насколько этот опыт важен для ребенка.

Дарья Семенова

 

Оставьте комментарий

  • Facebook
  • ВКонтакте
наверх